Дневники Арти Снейка

Часть 1
Чёртов визор нещадно сбоил. Снять, ударить, одеть, через 7 минут повторить процедуру. Слежка за объектом отнимала уйму времени. На кой ляд вообще следить за очередной базой Amesie Ent.? Один воздушный удар и дело с концом! И плевать на ПВО. Пилоты-смертники ещё не перевелись. Слить всё на арабов и нет проблем! Ан нет. Мы собираемся чётко выяснить что и к чему, и зачем протеже мадемуазель Дюбуа (ах, да – уже мадам Романовой) выкупать территорию разорившейся частной школы. Бедовая Бекки подалась в меценаты, а нам какое дело?.. Хотя и ежу ясно, что под этим что-то да есть. Предаваясь противоречивым мыслям, Арти Снейк продолжал наблюдение. - Арти, отчёт – донёсся голос Стенли из наушника. - Всё ровно. Никаких изменений. Объекты не покидали территорию… Эм… Объекта. – голос Снейка почти сливался с шумом ветра в листьях декоративного кустарника. Резкий приступ голода заставил Артёма перегнать из вживлённой полости концентрат в кровеносную систему – симбионт-мимикрид давал хозяину знать, что его силы почти на исходе. Задачей симбионта было полностью скрывать хозяина от большинства методов слежки. Этим спутником оперативник «Ультимы» разжился сравнительно недавно – два года назад. С тех пор тварь неслабо эволюционировала. Её способности развивались с каждой инъекцией «Эволва». «Хорошо хоть «Эволв» нужно колоть раз в полгода. – подумал Артём. – До сих пор дрожь пробирает, как вспомню действие этого дерьма на обычного человека. Жаль, что колоть на следующей неделе…» Справка: «Эволв» - препарат 114, биостимулятор последнего поколения. Базовые исследования были начаты 2037 на основе проекта «Древний». По сути дела этот проект можно было считать дочерним. До некоторых пор. За 2.4 года до описываемых событий секретное подразделение GeG «Полиморф» довело разработку «Эволв» до испытаний приближённых к современным реалиям. Если быть точнее, то до испытаний на людях. Эффект превзошёл все ожидания. Так же как и последствия, которые влекло за собой принятие данного препарата. Человек на всё время действия «Эволва» (3.5-5.32 минуты – results may vary) приобретал гиперадаптацию. Способность дышать смертельными газовыми смесями испытуемые приобретали за считанные мгновения. Сопротивление сверхвысоким и сверхнизким температурам – так же. Проблема была в том, что когда действие препарата выходило на расчётный пик ДНК человека не выдерживало – плыло. Человеческая особь в лучшем случае растекалась на продукты разложения органики. В худшем… В худшем, на выходе получался неконтролируемый, имеющий краткий срок жизни (от 15.73 до 74,263 минут) мутант. В процессе исследования захваченных особей (общие потери Ферро составили на момент полного изучения воздействия составили 417 единиц личного состава) были разработаны симбионты способные развиваться при регулярных инъекциях «Эволва» один раз в полгода (и не показывать ни малейшего регресса при отсутствии оных). Процедура вживления симбионта предполагала полное отсутствие болеутоляющих во время операции, и в связи с этим, вопрос реципиентов для вышеозначенных симбионт-партнёров был решён сам собой. Никто кроме HuSP’ов не был способен пережить имплантацию симбионта. Двое оперативников отряда «Ультима» стали первыми и последними жертвами некорректной имплантации (бородатый уголовник и лысый меланхоличный байкер, чьи имена остались только в сухих отчётах, стали теми, благодаря кому на данный момент Артём, и подавляющая часть отряда «Ультима», стали не совсем счастливыми обладателями симбионт-партнёров). По сути дела, каждый симбионт-партнёр позволяет хозяину пользоваться более широким спектром способностей, нежели любой другой представитель вида HuSP. - Замечено движение по форме Сигма – прошелестела Стэнли Над головой Артёма пролетел ионный глайдер. Транспорт заходил на посадку. Маскировка судна была выключена и окрестности озарялись мертвенными отблесками двигательных эмиттеров. Ещё десяток секунд и глайдер совершил посадку на территории бывшей школы. «А почему бывшей? – задал сам себе вопрос мужчина. – Я видел детей, я видел занятия – ничего сверхестесственного. Ученики, учителя – всё путём. Что именно меня настораживает в местной идиллии? Здесь, по нашим данным учится дочь Ребекки Блоссом. Богатая мамочка хочет хорошего образования для своей дочурки. Одна нестыковка – дочурке всего на 5-6 лет меньше чем мамаше.» Оперативник раздражённо поморщился, когда визор снова начал сбоить. Приведя устройство в относительный порядок, Арти продолжил размышления: «Грёбаная информационная блокада от этого говнюка легионера. – раздражённо подумал Артём. – Когда этот психанутый хлыщ, который носится со своим кольтом чуть-ли не в душ пришёл загадочным образом к власти, всё начало накрываться задницей. Нам перестают доверять. Amesie Ent. переманивает на свою сторону всё больше и больше народа и… Нам перестают доверять! Твою же мать! Неужели никто из наших этого не видит? С Альтаир всё понятно – её хер разыщешь. В России её бы за самоволку давно смешали бы с грязью, а вот латиносы решили, что перебесится – вернётся. Новенькие?.. Их всё устраивает. Симбионты есть. «Эволв» есть. Всё окей. Дебилы. Ладно «Эволв» ещё с наркотой никакой не смешали. Хотя-а-а. Ходят слухи, что симбионты у новеньких тоже не совсем то, чем кажутся. Этот нервный биоспец в баре. Никак не идёт из головы то, что он сказал, что парнями могут управлять через них, и только трое свободны от этого. Альтаир. Я. Стэнли» С территории школы донёсся весёлый смех. Снейк на долю мгновения напрягся. Рука инстинктивно легла на топорище. Осмотрелся. Успокоился. Слежка отсутствовала. Визор исправно показывал лучи сканеров и зоны обзора камер и действия сенсоров. Отличный девайс, но бракованный. Последняя мысль явно была лишней – визор моргнув разок-другой для проформы выдал на сетчатку Артёма бурную гамму цветов и отключился. Боец оказался ослеплён на секунду. Но и этого времени хватило его оппоненту на то, чтобы сократить дистанцию. Таких людей называют холёными. Статный, явно атлетического телосложения, одетый в, неуместный в его стремительном прыжке, костюм мужчина. Дальнейшие события развивались слишком быстро для человеческой скорости восприятия. Франт, совершив невероятный для человека, прыжок из-за стены школы, оказался менее чем в метре от судорожно избавляющегося от визора Снейка. После чего началось что-то невероятное. Франт перестроил свою левую руку в массивное смертоносное лезвие и нанёс удар в грудь Артёма… Если бы на его месте был обычный человек, то сейчас он стоял бы пронзённый насквозь и доживал бы последние мгновения своей жизни. Но Артём не был обычным человеком. Стремительным рывком в сторону, скинувший предательский визор с лица, Арти ушёл от удара. - Ну вот мы и встретились, мистер Стритс. – выдохнул ультимовец. - Не имею чести быть знаком с вами, мистер. – поправляя, уже восстановившейся рукой, лацкан пиджака ответил франт. - Меня зовут Арти Снейк. – ответил оперативник. - Очень приятно. - Арти, отступай немедле-кх-кх-кх, - прошипела рация и отключилась. - Я наслышан о ваших способностях управлять техникой на расстоянии, - улыбнулся Артём, - но вынужден тебя расстроить – последнюю технику ты только что сломал. Я предполагал, что могу встретиться с тобой и не взял с собой даже телефона. - Я это вижу, мистер Снейк. – произнёс тот, кого назвали «мистер Стритс» - Разумное решение. Судя по вашему наряду, я разговариваю с представителем отряда «Ультима» - Верно, для того чтобы понять это тебе хватило бы и одного глаза Адам, - ухмыльнулся Змеев. - Не припомню момента с которого мы перешли на ты, - ответил щёголь тем же безэмоциональным голосом, которым были произнесены остальные фразы. Звук выстрела достиг говорившего на мгновение позже самой пули. 11.5 миллиметровый снаряд пробил плечо Адама разворотив пиджак и плоть под ним. - Артём! Уходим! – раздался звонкий женский голос. - Чёрт, Стэнли, на кой чёрт?! Он явно не собирался драться! Ты всё, мать его испортила! – прорычал Артём. - Ты что там несёшь?! Валим отсюда! Быстро! Пока все «Руины» не прибежали. - Уходи, я нагоню. - Но… - Я сказал, что я нагоню!!! - Поняла. Снейк подошёл к лежавшему на прелых листьях телу и склонился над ним. С тёмного неба, одна за другой, кружась падали снежинки. - Адам, я знаю, что ты слышишь меня. Эта пуля не могла тебя убить. Нам нужно встретиться. Место: Сахалин, посёлок Приморский 17. Там заброшенная русская база. Я буду там ровно через 24 часа. Нам есть о чём переговорить. Бери с собой кого хочешь. То, что сегодня произошло – досадное недоразумение. Думаю, ты поймёшь. А теперь мне пора, пока ваши сюда не заявились. Удачи! – последнее слово, в отличии от остальной речи, мужчина произнёс на русском. Через полудара сердца Артём разогнал симбионта и исчез. Ещё через полудара из-за стены метнулся гибкий чёрный силует. Склонившись над начинающим подавать признаки жизни Адамом, огромная чёрная пантера отливала холодной чернотой металла. Шёл первый английский снег в этом году. Начиналась долгая зима.

Короткое отступление: Хлёсткая пощёчина остановила его меньше чем полуметре от неё. Яростный взгляд женщины вперился в его лицо. - Что ты себе позволяешь?! - Чем ты в него стреляла? - EMP патрон с усиленным сердечником. Что ты себе позволяешь?! Вторая пощёчина не достигла цели. Артём перехватил руку Стэнли в считанных миллиметрах от лица. - То же, что и всегда, Стэнли. – ответил он и поцеловал её в губы.

Часть 2
Хлопья снега успевали залепить всё лобовое стекло, до того как дворники сбрасывали их на расправу ветру. Шлемофон почти заглушал звуки работающего двигателя вертолёта. Допотопный Ми-8 шёл на пределе, и не за горами был тот день, когда старая машина отправиться в свой последний путь на завод по переработке. Грубые руки рабочих вынут всю электронную начинку, подмахнут акт списания, и ветеран многих локальных конфликтов будет перевезён на свалку старой техники – гнить в ожидании переплавки. Дальнейшая судьба старого вертолёта мало волновала пилота. Ми-8 был выбран по многим соображениям. Не последним из них было то, что в выключенном состоянии его не смог бы обнаружить будущий собеседник Снейка. Ни обнаружить, ни управлять. Сахалин не был тем местом, в котором Артём хотел бы остаться без транспорта. Несмотря на то, что управление древним агрегатом отнимало почти всё внимание, пилот находил силы обдумывать произошедшее накануне… - Ты – сумасшедший! – разве что не прокричала Стэнли. Проходя по скудно обставленной комнате дешёвого мотеля, она от избытка чувств смахнула пластиковую вазу со стола. - Мы не можем им доверять! А главное они не могут доверять НАМ! – протоптанный тысячами посетителями ковролин впитывал в себя слегка затхлую влагу. – Как ты вообще пришёл к этому решению?! Особенно сейчас! Мы уязвимы как никогда, а ты собираешься отправиться на переговоры с ними! - Стэнли, они могут помочь нам. Вытащить нас из всего этого дерьма. – устало ответил Артём. - Из какого дерьма?! Арти! Два года назад, когда мы давали согласие на подсадку симов, мы оба знали, что нас так и так не выпустят! Как ты говоришь? Вход рубль – выход два?! – Девушка была взвинчена дальше некуда. Казалось, что она лихорадочно ищет взглядом выход и никак не находит. Стройная, подтянутая, светловолосая, с короткой стрижкой – в, хорошо подогнанном по фигуре, военном комбинезоне без знаков различия, она мерила шагами крохотный номер из конца в конец. Под рифлёной подошвой армейской бутсы треснула и рассыпалась на округлые куски пластиковая ваза. Стэнли не обратила на это ни малейшего внимания. Внезапно она быстро подошла к сидящему на кровати парню и опустилась перед ним на колени. - Артём! – громко прошептала она беря его за руки. – Артём, почему? Против её воли в голосе проскользнули умоляющие нотки. Она отвела взгляд и попыталась убрать от Снейка руки, но тот не отпустил её. - Стэнли, ради нас. – Он склонился над ней и заглянул в глаза. – Ты мне веришь? - Арти, ты опять за своё! Веришь! Не веришь! – всхлипнула девушка. – Веришь… Не веришь… - В отношения всегда так… -…веришь - не веришь…-продолжила за него Стэнли. - …верю. Я верю тебе. Просто… Просто… я… боюсь. Мы так сильно хотели этого, и я до холодного пота боюсь того, что мы можем всё потерять. - И я боюсь. – обронил Артём. – Только мы не можем и дальше идти тем путём, который для нас уготован. Нам пора вырваться из всего этого. Нам надо спасти себя. Нас. Держись, Дрим, я с тобой, – улыбнулся он, целуя Стэнли в нос. Девушка отвела взгляд и положила голову ему на колени. - Я верю тебе. - А я верю тебе - Вместе мы верим в нас, - в унисон произнесли они.

Одной сигаретой Артём не накурился. Пришлось отрываться от управления вертолётом и искать в карманах плаща пачку. Искомый предмет оказался там, где ожидалось меньше всего – на приборной панели. Выругавшись сквозь зубы Снейк закурил…

Наутро он встал раньше, чем Стэнли проснулась. Бесшумно собрав с пола свои вещи, Снейк направился в крохотную душевую. Одевшись и бросив короткий взгляд в мутное зеркало – увиденное его вполне удовлетворило – он с максимальной осторожностью начал приподнимать раму окна. Надо было как можно дальше уйти до того, как Стэнли проснётся. Он с самого начала не собирался брать её с собой на переговоры. Не мог рисковать её жизнью. «Как же я размяк… - грустно улыбнулся Артём своим мыслям. – Только вот не стоит юлить с самим собой. В ней моя сила, а не слабость. Ради неё я пройду через что угодно» Проклятая рама предательски скрипнула. Замерев на секунду, Арти прислушался. Ничего. Хорошо. Вчера они так и не договорились поедет она с ним или нет. По негласному соглашению было принято решение поступить как лучше. По мнению Артёма «лучше» заключалось в том, чтобы рисковать самому. - Я знала, что ты так поступишь, – раздалось из-за спины. – Знала и приняла это. Но не могла отпустить тебя не попрощавшись Он обернулся. Стэнли стояла перед ним завернувшись в простыню. Он поразился тому, какой хрупкой она выглядела сейчас. - Спасибо, Дрим. Я ценю это. - Может тогда ты выйдешь через дверь, как все нормальные люди? – с улыбкой спросила она. - Почему бы и нет? – усмехнулся Артём. Он подошёл к девушке и обнял её. - Будь осторожен… - Ты же знаешь… - Знаю, что не будешь. Ты не умеешь по другому. Хотя бы постарайся. - Не буду обещать невыполнимого. - Тогда проваливай, - мягко отстранив его сказала Стэнли. – Я люблю тебя. Поцелуй длился вечность, но недостаточно долго чтобы отсрочить расставание. Артём вышел в хмурое утро Прованса.

Навигатор еле слышно пропищал о достижении заданной точки. Арти усилием воли заставил не думать себя ни о чём кроме предстоящей встречи. Вертолёт болтало из стороны в сторону в белесых сумерках, которые означали в этих местах утро. Снег с упорством озверевших солдат бросался в лобовое стекло. Видимость граничила с полным отсутствием оной. - …ание…еопоз…ый борт, …азов…сь! Вним…е не…зна…ый …орт, назов…есь! – с натугой выдал динамик шлемофона. - Какого чёрта? – удивился Артём. Здесь же ничего нет. -…иньте запрет…ую …ону немедленно! Покиньте …ую зо…у …медлен…о! Снейк заложил крутой вираж в сторону поверхности полуострова. Сообщения продолжали вырываться из динамика шлемофона. Пилот раздражённо скинул наушники. - Не везёт мне в последнее время на технику. На приборной доске замигали огни. Почти неразборчивая надпись над индикаторами гласила: «ракетная атака» - Да мать твою! – вырвалось у Артёма. На борту Ми-8 не было противоракетных систем. Демонтированы много лет назад. – Кажется впереди пеший променад до ближайшего порта. Зашибись. Переключив управление в режим автопилота, Снейк в мгновения ока оказался в транспортном отсеке вертолёта. К поясу уже был пристёгнут «Икар-одиночка» (одноразовый модуль посадки на 1-го человека). Дверь, как и при посадке открылась с явственным скрипом. Звук был слышен даже через рёв двигателя. Одним рывком Артём оказался за бортом машины-ветерана. Свист ветра в ушах, снег на лице, за шиворотом, везде. С трудом разбирая землю под собой, Арти активировал «Икар». Спуск не замедлился. На долю мгновения оперативник занервничал и тут же успокоился – с «Икаром» он работал впервые, но в некоторых нюансах работы модуля он немного разбирался. Позади, в вышине, раздался двойной свист, и тугая волна взрыва толкнула Артёма в спину. Осколки вертолёта устремились в свой последний путь к земле. До поверхности оставались считанные секунды падения, когда сработал «Икар». Падение резко замедлилось, и если бы Артём не был HuSP’ом, то его бы разрезало ремнём. Сияющие дуги остаточных разрядов впились в почву под Снейком, искажая и разрывая бугры, поросшие редкой чахлой травой. Быть может много позже, вспоминая эти события, Артём скажет, что это была невероятная, чудовищная, но тем не менее, случайность. Сейчас же он, стоя на искорёженной его приземлением земле, стал свидетелем непредсказуемых событий. Менее чем в 50-ти метрах от Снейка возвышалась наблюдательная вышка, на которой находилось трое ферро. По отличительным чертам экипировки оперативник понял, что они модифицированы для работы в холодных областях планеты. На месте предназначенном для помещения отличительного шеврона гордо красовалась эмблема GeG. Казалось, что само присутствие эмблемы насмехалось над замыслами Артёма.

Один из ферро повёл заключённой в шлем головой в сторону оперативника, и Снейк незамедлительно скрылся за камнями. Симбионт незамедлительно выполнил команду и скрыл хозяина от посторонних глаз. Тело вошло в привычный режим – снег замедлил своё падение. Арти хотел обдумать сложившуюся ситуацию. «Они не могут знать о том, что я задумал. Нет, не могут. – пронеслась мысль. – Соберись! Хватит вести себя как зелёный курсант. Они ничего не знают. Но и меня здесь быть не должно. Вывод? Мне надо пробраться незамеченным к станции связи и сообщить о том, что встреча отменяется. Лучше всего это сделать на аварийной частоте. Любой транспорт постоянно мониторит эту частоту в фоновом режиме. Если Стритс рядом, то он получит сообщение. А он должен быть рядом – до рандеву осталось 32 минуты. План есть – выполняй» Переход на сверхтемп, как и всегда, отдался приятной дрожью всех мышц. Ветер оказался разорван стремительным движением оперативника. Преодолев расстояние от своего укрытия до вышки менее чем за две секунды, Артём одним прыжком оказался на обзорной площадке. Мощный удар в грудь заставил сложиться грудную клетку ферро внутрь, второй удар оказался смертельным для его напарника – он пытался поднять оружие, когда костяшки Снейка проломили бронестекло шлема и лицевые кости искусственно выведенного бойца. Запах крови резко контрастировал со свежестью хмурого утра. Последний, успев оценить параметры противника, перебросил себя через ограждение. Артём настиг его в полёте. Сильнейший удар в затылок перебил несколько шейных позвонков заставив часть позвоночника выйти под респиратором шлема. Рывком схватив тело мёртвого ферро до его падения, Снейк бесшумно приземлился у опор вышки.

Часть 3
Следовало сделать ещё кое-что. Расстегнув бронекомбинезон покойника, Арти вытащил нож из-за голенища ботинка. Несколькими уверенными движениями он рассёк целую часть шеи и вырезал почти чёрный комок плоти. Идентификационная железа. Оперативник извлёк из небольшого внутреннего отделения плаща полую иглу и воткнул её в железу, немного сжал сгусток мяса, после чего засунул железу обратно в тело ферро. Выдув жидкость из иглы себе на ладони, Артём смазал её виски и шею. Всё. Можно идти. Промозглый ветер зарывался под плащ, но Змеев пробирался к базе не обращая внимания на холод. Впереди, в утреннем сумраке проявились огни. На территории некогда заброшенной русской военной базы шла бурная деятельность. Бригады техников разворачивали мобильные комплексы ПВО, то и дело со стороны побережья прибывали тяжёлые армейские грузовики подвозившие свой груз заключённый в цистерны. Артём видел подобные цистерны прежде. Проект «Лемминги». Оставалось неясным почему здесь и сейчас? Хотя… Снейк проверял эту базу около четырёх месяцев назад и справедливо полагал, что база, остававшаяся заброшенной последние четверть века, врядли будет занята в ближайшие лет двадцать. Как показало время – он ошибался. Лучи прожекторов ощупывали территорию окружающую базу. Артёму пришлось немного попотеть преодолевая освещённые участки и не попадая в зону действия сенсоров. Симбионт чутко воспринимал излучение каждого из них и, фильтруя, передавал изображение прямо на сетчатку боевика. Лёгкая улыбка тронула губы Арти, когда он вспомнил, как он выманил Адама за пределы школы при помощи одного лишь разведвизора. Киборг оказался излишне самонадеян несмотря на личную характеристику, которая гласила «сдержан, осмотрителен». Видимо что-то заставило его изменить своим привычкам. Отогнав лишние мысли, Артём повторно оценил ситуацию. Он находился на территории базы. Бурная деятельность не замирала ни на секунду. Несколько рабочих на автопогрузчиках занимались тем, что разгружали грузовики с цистернами «Леммингов». 24 минуты до рандеву. Комплекс связи обнаружился неподалёку от основной суеты. Проникнуть внутрь просторной армейской палатки не составило труда. Ничего не подозревающий связист обмяк после зажатия нужной точки на его шее. Быстро разобравшись с тем, какая модель комплекса связи перед ним находится, Артём переключился на аварийную чистоту и включил запись сообщения. - Внимание, все суда получающие этот сигнал! Это опасная зона! Немедленно покиньте её. Встреча отменяется! Переключив автоматику центра на повтор сообщения, Снейк незамеченным покинул палатку. Неподалёку от окраины базы внимание оперативника привлек знакомого вида знак. Спираль GeG и число 117 под ним. «Эволв». Артём никогда не видел «Эволв» в таком количестве. Контейнер с биостимулятором был частично накрыт брезентом и имел сторону в 2 метра. Огромное количество «Эволва» и наличие объектов из проекта «Лемминги» наводили на определённые размышления. Буквально несколько секунд спустя заслышался звук приближающегося автопогрузчика. Юркий транспорт вывернул из-за угла обшарпанного здания, подхватил захватами контейнер и, бодро развернувшись на месте, направился в обратном направлении. Снейк, вздохнув, отправился следом за ним. Погрузчик, завернув за угол, направился к панельному складу. Нырнув в недра строения и оставив свою ношу неподалёку от входа, он отправился восвояси. Порядка пяти минут Снейк осматривался. За это время он успел обойти склад и убедиться в том, что выход из него один. Голос разума настойчиво твердил: «Уходи, не твоё дело. Тебе нельзя попадаться». Но Артём всё-таки направился внутрь здания. Лампы, горевшие в помещении, давали скудное освещение. Где-то внутри натужно гудел генератор. Свет изредка мигал. Контейнер с логотипом «Эволва» был в десяти метрах от входа. Осторожно, скрываясь за остальными ящиками в помещении, Артём продвигался к своей цели. В тот момент, когда Снейк оказался рядом с контейнером, по нервам ударил резкий звук сирены. «Началось, - подумалось ему. – Нашли или ферро на вышке или связиста» - Кажется в наших рядах завелась крыса, - донёсся из-за спины мужской голос и щелчок взведённого курка. – Или я не прав? А, Арти? Голос был знаком. Обернувшись, Артём увидел Джея Кольта. Человека, которого ненавидел всей душой.

За 12 лет до описываемых событий. Жара была такой, что казалось, что подошва джампбутс плавилась при соприкосновении с песком. Песчаный камуфляж пропитался потом и нестерпимо вонял. Солнце и песок. Почти белый песок. И, на первый взгляд, непонятно почему этот континент прозван чёрным. Но полковник Французского Иностранного Легиона Джей Кольт считал, что знает. Из-за чернокожих. Из-за мамба. - Полковник, что будем делать? – лейтенант Джелиса, как всегда, подошёл незаметно. Эта его привычка до безумия раздражала полковника. Порой Джей раздумывал над тем, чтобы пристрелить холёного лейтенанта после его очередной выходки и представить это как killed in action. Полковник был на хорошем счету у командования легионом, и подобное могло сойти ему с рук. Только то, что лейтенант был его лучшим разведчиком останавливало Кольта от преждевременной расправы. - Полковник, что будем делать? – повторил надоедливый француз. Лучше бы он дал повод его пристрелить. - Ждать вертушек, Ансель. Ждать вертушек и надеяться на то, что они придут вовремя. – процедил сквозь зубы Кольт. – Лейтенант, свали лучше. Усмехнувшись лейтенант оставил полковника в покое. Сраная Африка. Кольт ненавидел весь этот континент. Каждого жителя этих грёбаных пустынь. Каждого солдата своего подразделения. Но в особенности этого траханного француза. Своим появлением лейтенант полностью захватил мысли Кольта. Минут десять Джей провёл в мечтах о том, как он мог бы расправиться с Анселем, если бы тот не был жизненно важен для выживания всего подразделения вцелом и выживания полковника в частности. Из приятных дум Джея вырвала короткая очередь. Инстинкт привычно сорвал его с места к ближайшему укрытию. Спрятавшись за мешками с песком (опять песок!), Кольт сорвал с ремня рацию: - Скортезе, доложись! - Мамбы прут с-ш-ш ш-шевера! Пресвятая дева Мария, да их там сотни две! Всё. Это был конец. Чёртов мать его конец. Конец славной жизни Джея Кольта. Как бы круты ни были его солдаты – впятером они не сдержат стольких мамба. - …овник Кольт, ответьте! Говорит борт 417 танго кэш! Полковник Кольт, ответьте! Лихорадочная радость охватила Кольта. Они спасены! Сейчас вертушки размажут сраных мамба ровным слоем по сраным барханам, и всё станет хорошо. Его заберут на базу, где он наконец-то сможет нормально поспать и помыться. Чёрт возьми, на базе был рай, земля обетованная! Потерпим ещё пару минут и всё будет путём. - Полковник Кольт на связи! - Полковник, отводите людей к точке «каппа». Мы заберём вас оттуда. – чётко донеслось из рации. - Какое ещё «заберём» мать вашу?! Нам нужна поддержка с воздуха! Почему прислали не штурмдесантую машину?! – взревел полковник. Джей спиной ощутил как в мешок вошла очередь. Он бросил рацию на песок и поднял автомат. Резкий подъём на колено, осмотреться, пригнуться, сместится, снова подняться. Автомат плюнул три раза, коротко и зло. Трое нападавших упали потеряв части черепов. Один из покойников широко улыбался нижней челюстью. Разрывная пуля, идущая третьей в каждом рожке полковника, снесла мамба полбашки. Снова за укрытие. Почти скрывшись за мешками, Кольт увидел то, от чего его прошиб холодный пот даже в царящем адском пекле вокруг. С десяток негров тащили тащили через дюны пару миномётов. -…ник, все шэ-дэ заняты в седьмом секторе, у нас простой армейский транспорт, и мы не сядем под огнём. По последним данным у мамба появились ПЗРК. Как поняли? Приём! - Как я понял?! – проорал Кольт смотря на присыпанную песком рацию. – Как? Я? Понял? С-с-суки! – он метнулся к устройству и проревел в неё, - Сажай свою сраную вертушку рядом с нами, говнюк недоношенный, или я тебя нахер сгною! - Никак нет, сэр! У меня приказ от генерала Кидалевски! Сохранить вертушку в любом случае! «Нахер твоего Кидалевски»-успел подумать полковник, когда раздался нарастающий свист. Взрыв накрыл дюну метрах в шестидесяти от укреплений подразделения Кольта. Второй лёг чуть ближе. Ещё пара минут и их накроют. А чёртов пилот что-то там жуёт про приказ. Сучий Кидалевски! Всё потому, что Кольт пристрелил его сынка-дезертира. Ещё бы старый козёл простил бы ему такое. Плешивый урод ненавидел его больше всех на свете и нашёл-таки способ отомстить. Наверняка и шэ-дэ в другом секторе заняты только потому, что Кольт встрял посередь пустыни набитой чернокожими психопатами. Иногда Джею казалось, что мамба рождаются с АК в руках, вылезают из потных чёрных мамаш теребя затвор и прося патроны, а не титьку. - Сажай свою вертушку как можно ближе, очкастый урод! Мои парни тебя прикроют, - выплюнул в рацию полковник и прицепил её на пояс. - Скортезе, Джелиса, отступайте к точке «каппа»! Дженкинс, Рамирез, прикрывайте! Потом меняетесь Перебежками по 5 шагов пошёл-пошёл! – Кольт снова был собран и готов продолжать бой. От былого бешенства не осталось и следа. Было только звериное желание выжить. Сместившись к щели между мешками полковник открыл беглый огонь прикрывая отход подразделения. Краем глаза он успел заметить, как Дженкинс получили своё. Очередь прошила солдата наискось через всё тело. Кольт всегда знал, что Дженкинс не жилец с такой-то фамилией и потому только усмехнулся, когда его убеждённость получила реальное подтверждение. Он слишком увлёкся убийством ненавистных мамба. В 20-ти метрах от позиции полковника взорвалась мина. Осколок пробил бедро насквозь. Он ещё видел своё подразделение, но понимал, что спасти его почти невозможно. Дрожащей, от охватившей тело боли, рукой Кольт снял с пояса рацию: - Уходите парни, я попробую их задержать. Скортезе дёрнулся из-за гребня дюны в сторону раненого полковника, но был схвачен за ногу и затащен обратно. За дюну, вне зоны поражения миномётов садился спасительный вертолёт. Рация протрещала и выдала голосом лейтенанта Джелиса: - Оревуар, полковник. До встречи в аду.

Часть 4
Следующие два года и были им. Одним сплошным адом. Но полковник пережил их. Он выжил на одной ненависти к тем, кто его бросил. И за счёт невероятных способностей, которые пробудились в теле и сознании полковника. Кольт готов был рыдать в голос от негодования, когда узнал, что генерал Кидалевски умер от апоплексического удара в то время как Джей испытывал на себе все «прелести» плена. Капрал Рамирез получил своё за два месяца до побега полковника из плена. Пилот погиб по пути в госпиталь. Он получил тяжёлые ранения забирая солдат прямо с поля боя за полторы недели до того, как Кольт оказался в обитаемых местах. Джелиса и Скортезе пропали при выполнении секретной миссии, на которую они отправились за одиннадцать минут до того, как полковник проник на территорию базы Французского Иностранного Легиона… Долгие два с половиной года Кольт разыскивал их следы. Пока не увидел лицо Анселя по TV. Хлыщ-француз разыскивался, как один из террористов ответственных за резню в Оксфорде. Год ушёл на то, что бы уяснить – Ансель, как и его перекачанный дружок Скортезе недосягаем для полковника. Ещё полгода на то, что бы узнать – поганый француз замешан в большой игре. В игре мирового масштаба. Джей Гарольд Кольт вышел на тех, кому противостоял Ансель с его дружками полтора года назад. Десяток успешных тайных карательных операций и полковник снова на коне. Его продвижение в рядах организации «Ренессанс», цели которой ему были долгое время безынтересны, было невероятно быстрым. То чего большинство добивалось годами (если не десятилетиями), он добился за полтора года. Это были полтора года за которые Д.Г. Кольт уяснил главное: он – один из будущих хозяев мира. Но ненависть к лейтенанту французику никуда не пропала. Она росла с каждым успехом проклятого жабоеда. Через 15 минут после того, как был сбит первый неопознанный вертолёт, гарпия-разведчик передала изображение ещё одного судна – это был едва заметный контур ионного глайдера. На таком транспорте катались только русские и Ансель со своими подельниками. Только вот русские сюда прилететь не могли с гарантией – занятые на другой стороне земного шарика своими неотложными делами «громовержцы» не могли оказаться над Сахалином. Пронырливый француз мог. И ненависть вспыхнула с новыми силами. Ещё через две минуты из центра его лагеря неизвестный передал сигнал о том, что встреча отменяется. Кольт отдал приказ о необъявлении тревоги. Он хотел лично выследить того, кто снюхался с Джелисой. Ведомый звериным чутьём, полковник вышел к одному из трёх складов и решил проверить его. Нельзя описать восторг и радость Кольта, когда он увидел спину Арти Снейка – одного из тех, кто мешал ему по работе и приказ об устранении которого полковник составил сегодня утром. - Кажется в наших рядах завелась крыса, - смакуя каждое слово произнёс полковник Кольт и взвёл курок своего верного револьвера. Предатель повернулся, и Кольт непроизвольно вздрогнул увидев в глазах Снейка ненависть сравнимую по силе с той, что жила в сердце полковника. Нет. Проклятый русский ненавидел сильнее. - Я должен был знать, что увижу тебя здесь. – процедил сквозь зубы Артём. - Да уж. Должен был. – усмехнулся Кольт. - Это даже к лучшему, Джей. Это даже к лучшему. Полковник заинтересованно приподнял бровь: - Да? И чем же это, предатель? Снейк не сводил глаз с Джея. С трудом сдерживая гнев, оперативник стоял под прицелом револьвера. Оружие мало волновало Артёма. Он знал, что достаточно быстр, чтобы увернуться от летящей в него пули. Даже на таком расстоянии. Но прежде чем они с полковником сойдутся, Артём хотел узнать ответы на некоторые вопросы, которые мучили его уже неделю. - Кольт, скажи, почему ты продолжаешь всё это? – с неожиданной горечью в голосе спросил полковника Арти. – Почему? Она же сказала, что правда на их стороне. Она поверила в них. В том, что ты делаешь, нет никакого смысла. - Снейк, ты – идиот. – произнёс полковник. – Мне неважна была её цель. Никогда. – он развёл руками в стороны. – Жажда власти и месть – это всё, что движет мной. И ты – последний кретин на этой планете, если до сих пор этого не понимаешь. Джей рассмеялся. Какой же этот русский тупой. Полтора года работы вместе его ничему не научили. Он ничего не понял. Боже мой, как же смешно! - Ахахаха, мой… ограниченный… русский… друг, - полковника трясло от смеха, и слова с трудом вырывались из него, - как ты до сих пор этого не понял?! - Но… - только и смог произнести Артём. - Ваша безумная Мирилл была одержима идеей справится с каким-то мифическим врагом. Справится нашими руками, притащив сюда всех своих родичей, которые поставили бы на колени нас всех! – Кольт вперился взглядом в Снейка. – С врагом, которого наверняка и нет на самом деле. Тебя водили за нос почти десятилетие, а ты вёлся на это как мелкий щенок за свежим куском мяса. Спасение людей?! Наставление на путь истинный?! Управление твёрдой рукой более мудрыми?! Она хотела захватить власть над всем нашим миром. Подарить его своим гигантским братьям и сёстрам! Вот то, чего она желала больше всего на свете, и, готов поспорить, что она неслабо удивилась, когда её уделали! Жаль, что меня не было рядом и я не увидел страха в её глазах. Страха за то, что всё ради чего она жила, последние сотни лет, пошло прахом! Полковник замолчал. Его прерывистое тяжёлое дыхание толчками рвалось из лёгких. Глаза налитые кровью не отрываясь смотрели на Снейка. Тот стоял, опустив голову. В тишине, царившей на складе, особенно громко прозвучал топот многих ног. Отряд ферро приближался на сигнал маяка полковника. - Да, - прохрипел Кольт, - совсем забыл. Думаю тебе будет интересно. Я в курсе того, что ты продал GeG. Теперь тебе конец. Я лично составил приказ на устранение тебя и твоей суки. Артём еле заметно вздрогнул. - Тебе с ней конец! – прорычал полковник и вскинул свой верный револьвер. Вместе с тем Артём пришёл в движение. Пуля вырвалась из ствола и пройдя то место, где доли секунды назад стоял Снейк пробила тонкую стену склада. Нырок под дуло, короткий удар локтем по кисти и резкий взмах топором. В последний момент Кольт успел защититься рукой с револьвером, и металл оружия не выдержал встречи с лезвием. Отскочив от Артёма, полковник ошарашено смотрел на рукоятку любимого «Кольта». - Нет! Нет! Нет, мать твою! Мой «Кольт»! – завопил Джей не своим голосом. Его шатало из стороны в сторону. – Нет, только не мой ствол. – он поднял неверящий взгляд на застывшего русского. Прищурившись, полковник прошипел: - Ты заплатишь за это, ублюдок… Ферро, уничтожить его! – прокричав эти слова Кольт ринулся к выходу со склада. Внутрь уже вбегали искусственно выращенные солдаты с оружием наперевес. Раскатистый треск наполнил помещение, верхом пошли гранаты со слезоточивым газом. Стрельба продолжалась несколько секунд и стихла – отряд потерял цель. Тихо опадала пыль поднятая попаданием пуль в стены и ящики, клубился газ, сквозь дыры в стене пробивался свет прожектора. Свет под потолком мигнул и погас совсем. Автоматика шлемов ферро активировала светоусилители через 0,25 секунды. Через четверть секунды, которая стоила жизни одному из ферро. Голова заключенная, в глухой шлем, вращаясь, взвилась в воздух. Мощный напор артериальной крови ударил вверх поливая ближних солдат кровавой капелью. Миг спустя, чудовищный по силе удар швырнул другого солдата на стену, буквально размазав его по ней. Третий ферро успел начать действовать согласно инстинктам, заложенным в него при создании: прыжок в сторону, перекат, выход в стойку на правом колене, оружие готово к стрельбе, при обнаружении цели – стрелять без предупреждения. Модифицированное обоняние подсказывало ему, что боец его подразделения прикрывает его слева. Именно слева и пришёлся крушащий кости рук и грудной клетки удар топора. Умирая, солдат подал сигнал, чтобы остальные не ориентировались на запах. Отделение начало отступление на открытое пространство. На склад вошёл десяток ферро – вышло, пятясь, всего пятеро – двоих Артём убил столкнув лбами. Лицевые пластины шлемов смялись, и кровь хлынула в появившиеся щели. Информация по объекту устранения ясно давала понять, что для пятерых задание практически невыполнимо. Но ферро не умели отступать без приказа. Почти полминуты ничего не происходило, потом… из проёма ворот метнулась едва различимая тень. Регистраторы шлемов работали на пределе разрешающих возможностей, которых было недостаточно для того, чтобы отсекать передвижение разъярённого HusP’а с активированным симбионтом-мимикридом. Почти прозрачный силуэт с поражающей скоростью приблизился на расстояние удара. Обречённые солдаты открыли огонь в ту же секунду. Пользуясь своей, превосходящей возможности ферро, скоростью Снейк пронёсся между двумя из них, по дороге захватив изгибом топора ствол направленного на него крупнокалиберной штурмовой винтовки. Разрывы пуль хлестнули по броне второго ферро оглушив и швырнув того в сторону. Ещё двое ферро выхватили тяжёлые клинки и ринулись в рукопашную. Ловко уйдя от рубящих ударов обоих противников, Артём напал на последнего ферро. В отличии от остальных тот был вооружён тяжёлым дробовиком. Метнув топор в поднимающегося с земли солдата, Снейк сместился в сторону и прикрылся своим серебристым плащом. Порция крупной дроби, не причинив вреда оперативнику, продолжила свой полет, едва-едва изменив траекторию. Почти вся картечь легла в грудь вооружённого штурмовой винтовкой ферро. Из развороченной грудной клетки вырвался клуб кровавой пыли и пара. Ещё один короткий рывок и Артём оказался рядом со своей целью – короткая подсечка и ужасающей силы прямой удар ногой отправили солдата в неконтролируемый полёт на угол здания. Отвратительный хруст раздался при столкновении. Вооружённый дробовиком Артём повернулся к двум мечникам и покачал головой. Ферро попытались воспользоваться секундной остановкой врага и напали одновременно. От одного из ударов Снейк отбился дробовиком, второй принял на затянутое в бронеплащ плечо. Доли секунды он смотрел в забрало одного из бойцов… Выстрел в упор отбросил тяжёлое тело ближайшего ферро метра на три. Окрашивая свежий снег в тёмно алый тело замерло на покрытом трещинами старом асфальте. Последний боец пошёл в самоубийственную атаку – изогнувшись всем своим телом он попытался достать Арти колющим в незащищённую грудь, но его клинок был остановлен по пути. Зажатый между ладонями противника меч не мог поразить цель. Солдат, чей генокод не подразумевал способности бояться, вздрогнул от усмешки, скользнувшей по губам Снейка. Через секунду ферро уже умирал захлёбываясь своей кровью, в тщетной попытке глотнуть воздуха.

Часть 5
Артём замер на месте приводя дыхание в порядок. Со стороны центра лагеря доносился рёв приближающихся транспортов. Судя по всему два бронетранспортёра. Оперативник подошёл к начинающему остывать телу автоматчика и выдернул из его груди топор. Короткий взмах и оружие засверкало первозданной чистотой. «Нельзя дать им меня задержать. – пронеслось в голове. – Кольт не должен уйти». В несколько прыжков Снейк оказался на крыше ближайшего здания, на мгновение замер и понёсся в центр посёлка GeG. Разогнавшись до своего предела, Артём не обращал внимания на мелкие препятствия на своём пути, предпочитая проламывать стены хрупких надстроек, чем двигаться в обход. Казалось, что поверх зданий был выпущен мерцающий живой ртутью снаряд, который крушил всё на своей траектории. Транспорты преследователей были вынуждены начать разворот в узком пространстве боковой улицы старой базы и временно отстали. В центре посёлка группа напуганных техников ожидала поднимающуюся из шахты платформу лифта. В центре платформы находилась одинокая женская фигура. Не смотря на ситуацию, Артём залюбовался девушкой. Стройная и женственная, затянутая в скрипящий чёрный кожаный комбинезон, в облегающих сапогах до колена, сегодня она предпочла изменить своему извечному вампирскому антуражу в пользу демонического. Зрачки делили надвое алую радужку глаз вертикальным разрезом, яркий макияж оттенков бардового и красного и пышная причёска красно-рыжих волос дополняли имидж суккуба. Мисс Джессика Стайлз поигрывала хлыстом в ожидании окончания подъёма. «Кольт хочет выиграть время» – наблюдая за подъёмом Джессики, усмехнулся про себя Снейк. Техники разом отпрянули от платформы, когда та поднялась. Протяжный свист рассекаемого воздуха и хлёсткий щелчок явственно дали понять им, что от дивы сейчас стоит держаться как можно дальше. Техперсонал счёл за благо начать искать укрытие вдали от центра базы. Девушка гордо вскинула голову и ощерила острые зубки, когда её взгляд встретился со взглядом Снейка. В один прыжок, преодолев чуть меньше тридцати метров, Артём приземлился неподалёку от Джессики. Покрытие площади протестующе затрещало под тяжёлыми ботинками оперативника и дало новые трещины. - При-и-ве-ет, - протянула девушка и игриво положила руку на бедро. – Тот самый случай? – в её взгляде читалась твёрдая решимость идти до конца. - Привет-привет. Да, он самый. - весело ответил Артём направляясь к платформе лифта, мимо девушки. – Я тоже рад тебя видеть. - Вот так и уйдёшь? Ничего не сказав? Эй, Артём? – скучающим голосом произнесла Джессика. - Передавай отцу с матерью привет и скажи им, что у меня всё в порядке. – бросил через плечо Змеев. – Да, вот ещё… оденься хоть раз нормально, сестрёнка. - Зануда. - Оторва. - Осторожнее там. Кольт побежал к «Леммингам». - Я так и думал. Куда мне? - Как спустишься – направо и до конца. Будь добр, сделай так, чтобы сегодня я не осталась без брата. – в голосе Джессики проскочил страх за Артёма. - Буду стараться, Иска. – устало произнёс русский и нажал кнопку спуска. Остающаяся на поверхности девушка ещё долго вглядывалась в тёмный провал тоннеля, который поглотил её брата. На лице красотки застыла сложная гамма чувств: надежда, беспокойство, торжество и ненависть. - Сегодня ты умрёшь, Кольт. – прошептала Джессика. – За всё плохое, что ты сделал в своей жизни, но вернее всего за то, что ты предал Её и Её дело. Мы не прощаем. Позади неё остановились два бронетранспортёра с ферро – солдаты один за одним выбегали наружу из металлических чрев транспортов. - Каковы будут приказы, мэм? – осведомился солдат с нашивками командующего подразделением. - Перейти на закрытую частоту номер 6, приказы полковника игнорировать. С этого момента полковник уволен. – холодно проговорила Джессика не отрывая взгляда от тёмного зева тоннеля. – Всему личному составу ферро немедленно приступить к эвакуации технических специалистов на судно. Выполняйте. Грохот двадцати пар подкованной обуви было ей ответом. Постояв ещё немного, девушка развернулась и, сворачивая хлыст на ходу, направилась к побережью. Она уже скрылась за поворотом, когда из тоннеля донёсся приглушённый рёв.

Темнота тоннеля обволакивала его. Темнота напоминала… нашёптывала прошлое… будила воспоминания… Несколько секунд Артём сопротивлялся, но темнота взяла своё, и Арти провалился в тяжёлые воспоминания… Гравий недовольно шипел под покрышками внедорожника, те же, в ответ, разбрасывали недовольный гравий в грязный снег на обочине. Артёма клонило в сон. Серая хмарь за тонированными стёклами не способствовала бодрости, наоборот, как бы намекала на то, что здесь не на что смотреть, убаюкивала и заманивала HuSP’а в мир сновидений. Арти отвлекла от этих мыслей приглушённая ругань Стэнли. Внедорожник опасно вильнул на полуобледеневшей дороге и прошёл в опасной близости от обрыва справа. «Шотландия. Грампианские горы. Окрестности Бен-Невис. Высота над уровнем моря 940 метров. Занесло же нас…» Что-то шло как-то не так. Неуловимо неестественно. Это ощущение назойливым червём буравило сознание Артёма. Что-то не так. - Стэнли? Ты ничего не замечаешь? – спросил Снейк. – Не могу отделаться от ощущения неправильности происходящего. Стэнли? Стэнли? Темнота тянет душу. Выворачивает жизнь наизнанку и, с холодным любопытством лаборанта, разглядывает её. Гул механизмов лифта сливается в монотонный лязг. Лязг меняет тональность. Надо всего лишь проснуться. Неподалёку от позиции оперативника протекал ручей, и прохлада от воды разливалась в воздухе. Журчание навевало мысли о ледяной воде, о том, как приятна на вкус вода не прошедшая десятки циклов очистки. Десяток минут растянулся на субъективные час-полтора. Ожидание прервала короткая трель условного сигнала. Артём приподнялся и направился к точке сбора короткими перебежками. Эта аномалия немного действовала ему на нервы. До вершины Бен-Невис оставались какие-то две сотни метров, но вместо того, чтобы продуваться ледяными ветрами и являть собой образец негостеприимности, небольшое плато покрывали яркие заросли джунглей. В воздухе гудели странные насекомые и царили экзотические ароматы. Духота облепляла всё тело, покрывая его липкой плёнкой едкого пота. Артёму не нравилось это место, но он был здесь не впервые. Преодолев последние метры до точки сбора, Снейк остановился. Точкой сбора служила поросшая буйными травами площадка перед пирамидальным сооружением. Кое где, между стеблями травы, ещё виднелись каменные плиты, покрытые затейливой угловатой резьбой. Фасад здания украшал орнамент состоящий из одних лишь ломаных линий. Мастерство резчика было непревзойдённым: тысячи углов и острых изгибов, странным образом, были видны только тем, кто стоял на краю площади, но с каждым шагом, приближающийся наблюдал, как острота, чудесным образом, меняется на плавные переходы; углы на полукружия… и лишь оказавшись у самого подножия здания, пришедший мог узреть лик Солнца – ту идею, тот символ, что занимал мысли сотворившего этот шедевр… Но Артём видел лишь сотни и тысячи углов и кривых переходов, да и то краем глаза. Снейк остановился на самом краю площади. Его внимание было приковано к женской фигуре застывшей на первой ступени храма. Предвосхищая будущий разговор, Артём постарался подавить подступающую благоговейную дрожь. Он знал, что при первых звуках её голоса он забудет о таких мелочах, но каждый раз пытался справиться с восторгом захватывающим его сознание при встрече с ней. Почувствовав присутствие Артёма, женщина обернулась. Ледяной холод её взгляда скрывал тысячи лет неугасших страстей. Самые ярые фанатики человеческой истории не могли встать даже рядом с той одержимостью своей правотой, которая, казалось, сквозила в самой позе женщины. Внезапно Снейк успокоился. Вернулась привычная уверенность в себе, в своих силах, в том, что он выбрал верный путь в своей жизни. - Приветствую тебя, Мирил! – громко сказал оперативник. Кариатида кивнула Артёму. Лёгкая улыбка скользнула по её губам. - Приветствие твоё услышано, воин! – картина перед глазами Снейка поплыла. Прекрасный лик говорившей исказила гримаса ненависти и презрения. – Склонись передо мной, червь!!! Колени предательски дрогнули и Артём начал опускаться на нагретые солнцем плиты. Собрав все свои душевные силы, всю свою волю, Арти резко выпрямился. - Старшая?! За что?! – неподдельная обида переполняла мужчину. Цвета и формы снова зашлись в танце. Окружающее пространство тошнотворно искажалось и принимало новые очертания. Приток воздуха был почти перекрыт. Нечеловечески сильная ладонь сжимала горло Артёма. Перед самыми его глазами застыло перекошенное от ненависти и брезгливости лицо Мирил. Но что это было за лицо… покрытая сетью трещин кожа осыпалась и распадалась хлопьями бурого праха, из открывающихся язв струились багровые отсветы. Казалось, что ярость кариатиды обрела материальную форму и рвалась наружу разъедая её совершенные черты. - Ты слишком слаб. Ничтожество имя тебе, презрение твоя доля, рабское служение мне и сородичам моим – твоё будущее. Не будет пощады не склонившим колени пред возвратившимися властителями этого мира! Вечные гонения и муки отчаяния станут их участью! – прекрасно контральто Мирил ужасающим образом контрастировало со смыслом её речей. Прищурившись она притянула Артёма ещё ближе к себе и, сверкнув белоснежной улыбкой, полной своего превосходства спросила, - Готов ли ты принят свою судьбу, человек? Готов ли ты лечь под стопы мои и костями своими вымостить ещё одну часть пути к торжеству моего рода? Небрежным движением кисти кариатида швырнула Снейка на покрытые кровью плиты. Сознание Арти отчаянно пыталось осмыслить стремительно меняющуюся обстановку. Снег покрывал остовы деревьев, торчавших вокруг площади мёртвым частоколом. Сама же площадь была покрыта кровью пролившейся из растерзанных тел людей, которых Артём знал. - СМОТРИ! – не подчиниться столь властному тону было почти невозможно, но Снейк не поднял взгляда на кариатиду. Взгляд его был прикован к мертвенно бледному лицу Стэнли. Она лежала навзничь, голова неестественно повёрнута, и взгляд потухших глаз навеки устремился на беснующийся лик Солнца на гудящей стене храма. Алчный голод рвался из мечущегося орнамента. Не было ни мгновения чтобы омерзительный лик не разевал пасть, глаза рвались из керамических глазниц и, казалось, что ещё секунда и окрестности огласит торжествующий рёв. Звук приближающихся шагов вырвал Артёма из оцепенения. Мужчина обернулся и увидел приближающегося полковника Кольта. Джей шёл к телу Стэнли. В окружающей тишине щелчок взведённого курка был оглушителен. Остановившись рядом с телом женщины, Кольт посмотрел на Артёма. Злоба плескалась в глазах полковника. Не глядя, он навёл ствол на живот Стэнли и несколько раз выстрелил. - Поговаривают, что HuSP’ы могут выжить даже в такой ситуации. – вздохнул полковник. – Вот я и решил проконтролировать ситуацию. На мой взгляд, это было недопустимо оставить хоть один шанс твоему будущему щенку. Смех полковника резанул по нервам. Кольт зашёлся в хохоте, и его лицо начала покрывать сеть трещин, и злоба, душившая его, нашла выход наружу. С воем полковник распадался на куски, и серое пламя, бушующим столбом рвалось к ненастному небу. Слегка наклонив голову набок, за этим наблюдала Мирил. Беззвучный рёв нечеловеческого лика донёсся до Артёма от стены храма. Изображение втягивало щёки в попытке вдохнуть, и повинуясь неслышному приказу чудовища серое пламя направило свой поток в пасть Солнца. В мгновение ока Мирил оказалась рядом с Артёмом. Лёгким толчком она сбила с ног поднимающегося Снейка. Артёмом овладела апатия. Совсем недавно у него была цель. У него была жизнь. Любовь. Счастье. И он потерял это всё. Жить было незачем. Пинками чудовищная Мирил отбрасывала безвольное тело Арти к стене храма. Слова древнего языка срывались с её губ. С каждой секундой Мирил злилась всё больше и больше. Гнев заставлял воздух струиться призрачным маревом вокруг её тела. - ВСТАНЬ! Руки Артёма механически упёрлись в липкую от крови плиту. Короткий толчок. Тело в вертикальном положении. - Смерти ты не получишь, человек, - прошипела кариатида. – Более забавную участь я тебе уготовила. Отдай же душу свою во имя возвращения моих сородичей. Во имя подчинения человечества моим братьям и сёстрам. РАДУЙСЯ! Артём счастливо засмеялся. Что-то на грани сознания было благодарно Мирил за этот приказ. За те действия, что она сейчас заставляла выполнять Артёма. Внезапный холод, охвативший позвоночник, заставил Снейка заорать во весь голос. Мирил приподняла бровь в знак удивления. Новая трещина пересекла её лоб. Симбионт был невероятно голоден. Симбионт требовал еды. Уже более получаса он подавал сигналы хозяину, но сознание хозяина не откликалось, и симбионт пошёл на крайние меры – болевая симуляция. «Симбионт! Когда я видел Мирил здесь в последний раз у меня ещё НЕ БЫЛО симбионта!!! Морок. Телепат!» Собравшись с мыслями, обрадованный Артём усилием воли вогнал своё сознание в закрывающий транс. Окружающая реальность сминалась, как лист бумаги в руках художника недовольного своим творением. Зрение не поспевало за изменениями видимого. Ещё несколько вздохов, и Артём полностью закрыл сознание. Яркий свет впился в глаза, заставив Снейка зажмуриться. Прислушавшись к своим ощущениям, оперативник понял, что оказался прикован к металлическому столу. Повернув голову и открыв глаза, Арти понял, что он находится в типовом медицинском модуле GeG. Запястья и лодыжки фиксировали ремни. В двух метрах от стола сидело оно. Трудно было понять какого пола было существо. Имея набор конечностей характерный для человека, на человека оно походило с трудом. Складки старческой кожи, покрытой пигментными пятнами, скрывали глаза; нос едва угадывался под ниспадающей плотью; чётко очерченный рот с рыхлыми губами синеватого цвета; крепкие здоровые зубы; щуплое тело запахнутое в висящую кожу на манер плаща. На лысом черепе виднелась выжженная надпись «Object .50». Артём брезгливо рассматривал существо, оно, в свою очередь, полностью игнорировало Артёма. После минуты проведённой за изучением .50-ого, Артём тихо пошевелился. Губы существа немедленно сложились в улыбку, тонкий кончик языка провёл по зубам и… ремни на запястьях и лодыжках Снейка начали медленно расстёгиваться. Арти был немало удивлён происходящим. Только что этот телепат пытался сломить его волю к жизни, уничтожить его волю, а сейчас начал помогать. С тихим шипением пневматики открылся выход из медблока. Существо сделало широкий жест выпростанной из под складок кожи дряблой рукой в сторону двери. - Зачем? Почему начал помогать мне? – не выдержал Артём. Шишковатый палец приблизился к губам существа, и сквозь закрывающую технику прошла чужеродная мысль: «Идёшь. Ты можешь преодолеть моё воздействие. Теперь очередь другого как ты.» Из коридора за открытой дверью донёсся затяжной тоскливый крик. «Ты уходишь. Мы оба получаем ценный опыт и знания. Ты содержишь меньше страха в себе, чем другой. Ты живёшь. Ты уходишь, я остаюсь. Другой остаётся. Я ухожу. Ты уже начинаешь.» Новый крик донёсся из глубин коридора. Ужас пропитывал каждый тон вопля. Раздались звуки выстрелов. Этот звук Артём не спутал бы ни с каким другим. Стреляли из Colt’а. «Ты получаешь память. Ты не помнишь всего. Ты уходишь.» Не задумываясь почему он поступает так, Снейк пошёл к выходу. - Прощай, Пятидесятый. «Я прощаюсь.» Ориентируясь по указателям на стенах, Артём шёл к подъёмнику. Гулкое эхо его тяжёлых шагов металось по коридору многократно отражаясь от стен. Последний крик он услышал, когда его нога ступила на решётчатую платформу лифта. Снейк замер на секунду, прислушался и активировал подъёмник. В шуме работающих механизмов затерялся одинокий выстрел. Чем дальше удалялся лифт, тем больше вступала в свои права тишина. До тех пор пока последний звук не потонул в сгустившемся безмолвии.

Часть 6
Темнота убаюкивала. Звала смежить веки. Забыться хоть на минуту. Накопившаяся усталость многотонной плитой обрушилась на Артёма. Осоловевший оперативник зашатался и был вынужден сесть на пол гудящей платформы. - Приветствие твоё услышано, воин. – произнесла Мирил Артём снова был на площади перед храмом. - Сегодня будет тебе сказано то, что забыто будет тобой до нужной поры. – проговорила кариатида подходя к Снейку. Арти хотел было заговорить, но Мирил остановила его жестом. – Много тысяч лет назад мой народ вёл жестокую войну с существами много более чуждыми людям, чем мы. Когда я открыла новый путь и нашла эту систему - Земля была бесплодна… Знания вливались в память Артёма с ужасающей скоростью. Мирил поведала ему о столь многом, что он поначалу не мог поверить в услышанное. Никогда до и никогда после он не спорил с ней, но в тот день всё было иначе. Она отвечала на любой вопрос, озвучивала своё мнение и, казалось, что считала его почти ровней. Именно в тот день Мирил сказала Артёму, что поможет им со Стэнли. Что у них со Стэнли будет сын. Мирил делила его радость вместе с ним. Это был очень странный день. Тогда было видно, что она счастлива хоть на миг забыть о той цели, к которой она стремилась долгие сотни лет. Но всему приходит конец. В какой-то момент Мирил сменила тон и прекратила улыбаться, и Артём понял, что время разговоров закончено. После этого Мирил закрыла этот участок памяти Снейка.

В слабых лучах света проникавших под землю из шахты подъёмника кружилась пыль. Внезапный лёгкий порыв воздуха разогнал подсвеченные былинки, и из полной темноты выступила женская фигура. Подняв ладонь на уровень глаз, женщина пристально рассматривала свои пальцы. Будь здесь Артём, то он не смог бы сдержать удивления и тут же начал бы задавать вопросы. В слабом отсвете с поверхности стояла Мирил. Удовлетворившись результатами осмотра руки она достала из заплечной сумки спутниковый телефон, набрав короткий набор команд, подключилась к сети связи базы и набрала 10-ти значный номер. - Что ещё за шутки?! – сердито прогнусавил динамик. – Четыре часа утра! Кто это?! Наклонив голову набок Мирил посмотрела на телефон и исчезла. Телефон упал на бетонный пол. Из динамика донеслось: - Какого чёрта?! Кто ты такая?! Я вызову поли… Короткие гудки. Тишина снова поглотила помещение. Только внимательный наблюдатель мог бы понять, что десяток секунд назад у шахты подъёмника стояла не настоящая Мирил, а её копия. Одно лишь незначительное отличие разделяло её и оригинал – выжженная надпись за левым ухом «Object .50».

Дополнение 1: В комнате мигал свет. Стул лежал в луже виски разлившейся из простреленной бутылки. В этой же луже утонула уже разбухшая папка бумаг. Работающая вентиляция струёй очищенного воздуха расшатывала лампу дневного освещения, каждое пошатывание, то замыкало, то размыкало цепь. И в комнате мигал свет. Порой свет выхватывал вторую лужу. Лужу крови. Разлившуюся вокруг опрокинутого стола. Из-за стола выглядывал мысок тяжелого армейского ботинка и краешек револьверного дула в запёкшихся крови и мозгах. Из-за лежащего стола раздалось пневматическое шипение, открылся маленький проход в стене, и, дробно топоча металлическими лапками, выбежал паучок-кибер. Кибер высветил тело сканирующей сеткой, вспрыгнул на грудь покойника, пару секунд помедлил и уверенно затрусил в сторону развороченной левой стороны черепа. Достигнув своей цели, паук выпустил дренажную систему и закачал 10 миллиграмм мозга в своё чрево. После чего, мигнув зелёным огоньком, кибер вернулся в проход. Через 4 минуты путешествия по крохотному тоннелю, кибер оказался в просторном освещённом помещении. В центре помещения находился открытый массивный саркофаг. Одним длинным прыжком паук оказался внутри саркофага, опорожнил резервуар с образцом мозга. Ещё один прыжок и кибер переместился на сложную панель управления. Введя необходимые команды, паук вновь переместился на саркофаг. Из брюшного отдела выдвинулся разъём полностью повторяющий контуры гнезда на устройстве и с силой включился в древнюю систему… …в комнате мигал свет. Стул лежал в луже виски разлившейся из простреленной бутылки. В этой же луже утонула уже разбухшая папка бумаг. Работающая вентиляция струёй очищенного воздуха расшатывала лампу дневного освещения, каждое пошатывание, то замыкало, то размыкало цепь. И в комнате мигал свет. Порой свет выхватывал вторую лужу. Лужу крови. Разлившуюся вокруг опрокинутого стола. Из-за стола выглядывала посиневшая ступня. В почти засохшей крови отпечаталась рифлёная подошва армейского ботинка. Револьвера нигде не было.

Дополнение 2: - Свяжите меня с мистером Стритсом. Скажите, что у меня было назначено на вчера, но обстоятельства сильно изменились, и я надеюсь, что мистер Стритс смог вовремя получить моё сообщение. - Как вас представить, сэр? - Скажите, что с ним хочет говорить мистер Снейк. Разговор срочный.